Пока усталые труженики ритейла отдыхают в отпусках и плавают в морях, мы решили зайти на сложную и не однозначную тему о “коррупции” и предложить вам увлекательное чтиво выходного дня. Сразу скажем для впечатлительных теть и дядь, считающих свою систему ценностей устоявшейся и однозначной как черно-белое кино, — дальше можно не читать. Свои статьи мы пишем не для таких пациентов, а для тех, кто хочет посмотреть поглубже и понять, что происходит в действительности. Нравится вам или нет, но некоторые процессы живут своей жизнью и занимают мысли большей части ритейловой братии. Наша задача — описать, что же происходит в реальности. Да и обойти эту тему стороной мы не можем, поскольку нам необходимо разобраться с терминологией для написания будущих статей.

Начнем, как водится, с терминов. Английское слово «коррупция» быстро залетело к нам во времена, когда американские консультанты сидели в наших министерствах и писали правила нового русского капитализма, и прочно укоренилось в обиходе и внутренних инструкциях. В переводе на русский это слово означает — порча, разложение (моральное), распад, развращение, искажение, подкуп. В нашу тематику вписываются, пожалуй, разложение и подкуп. Вы не задумывались, почему при наличии таких российских понятий, как казнокрадство, вымогательство, подкуп, откат, воровство бюджета, протащили именно термин «коррупция»? Дело в том, что для русского восприятия это слово звучит страшно и угрожающе, — нечто смешанное между коррозией и презумпцией. Это собирательное и широкое понятие не отражает суть вопроса, но внушает шок и трепет. Как-то сложно подтянуть человека за простое русское вымогательство, потому что сразу напрашивается вопрос — а кто, у кого, и что вымогал? А поскольку с доказательной базой у наших СБшников всегда проблемка, то навешивать ярлык «коррупция» гораздо удобнее — и звучит страшно, и вроде всем сразу ясно — «плохой человек». Даже если денег не брал, то уж точно морально разложился. А что там конкретно, — то ли в Бога не верит, то ли моется редко, — поди разберись. Вот именно в легкости оклеветания и необязательности наличия доказательной базы кроется секрет популярности термина «коррупция». Англо-Саксы не дураки, все-таки знают слабые места человеческого восприятия. Второе значение перевода слова “коррупция” в сторону «морального разложения» мало чем поможет нам разобраться, — разложение у нас везде и повсюду (как в профессиональном аспекте, так и в системах личностной ориентации).

Начнем с простого — с нехороших, осуждаемых нами действий. Казнокрадство и воровство бюджета (более общеупотребительно — распил бюджета) — однозначно плохо. Завышение стоимости работ и товаров, как метод распила бюджета, — тоже относится сюда. Выдумывать проекты, приглашать консультантов и рисовать под них большие бюджеты — это тоже инструмент воровства бюджета. Вымогательство методом угроз, создания искусственных барьеров и проблем, — очень плохо. Когда закупщик говорит, — платите или я вас выведу из матрицы, — это плохо. Когда СБ-шник говорит, — платите нам и у вас никто больше не попросит, — это тоже плохо. Когда сотрудник отдела качества говорит, — платите и у вас не будет проблем с приемкой товара на РЦ, — однозначно плохо. С этими определениями все понятно. А вот дальше начинается сложная философская территория. Здесь мы разберем подробнее известное, но не всем понятное выражение «системная коррупция».

В нашей отрасли (а возможно и в других) организация бизнес-процессов имеет вид плохо управляемого хаоса. Исторически это произошло по той причине, что каждый вновь приходящий менеджер создает свои собственные бизнес-процессы, которые плохо соотносятся с ранее действующими, созданными его предшественниками, С учетом того, что средний срок пребывания менеджера на одном месте, из года в год, сокращается, количество противоречащих друг-другу инструкций возрастает, а их качество снижается. К этому добавляется падающая способность молодых правильно интерпретировать инструкции, и вообще, способность концентрироваться на чем либо. В итоге организации работает не по законам порядка и логики, а по законам автономных самоорганизующихся систем. Их отличие заключается в том, что степень сложности и динамичности работающих в них закономерностей крайне высока и не поддается управлению стандартными усилиями. Для обычного адекватного работника это выглядит как хаос, поддерживаемый на низком уровне КПД системы (порядка 20-30%) в стабильном состоянии какой-то неведомой силой, с небольшими колебаниями. Система вроде бы и не умирает, но и не развивается. Так что же это за невидимая сила, которая удерживает КПД системы от падения до нуля?

Устраивается, допустим, адекватный человек менеджером среднего звена в какой-нибудь Магнит, Пятерку или Дикси. Через пару месяцев он понимает, что находится в центре гигантского хаоса, в котором ему нужно выполнять план, зарабатывать деньги для семьи и хоть как-то мечтать о будущем. Он начинает пытаться делать предложения своим коллегам сверху и сбоку наладить хоть какие-то бизнес-процессы, чтобы всем было удобно работать. В ответ получает традиционное, — «Ты тут разберись сначала как че работает, потом будешь умничать…» Подвиснув на пару кварталов в попытке разобраться «как тут че работает», человек понимает, что его засасывает в болото. Поскольку наш человек не простой, а адекватный, он не растворяется в этой системе, а начинает закидывать свои предложения по улучшению системы выше по иерархии. Рисует презентации, записывается в проекты с высоким начальством, идет на рабочие группы, толкает идеи, и пытается что-то изменить. Чем ближе он знакомиться с начальством, тем сильнее понимает, что начальство занимается своими неведомыми делами, а налаживать, улучшать и оптимизировать — это все просто красивые вывески для рабочего люда. И можно потратить всю свою жизнь в поисках того верховного жреца, который проявит всеобъемлющую заинтересованность в наведении того самого порядка. Но такого жреца оказывается нет. В лучшем случае есть несколько вороватого вида собственников, которые погружены в вечную борьбу с «внешними контурами». И что же делает наш адекватный и перспективный менеджер? Он начинает создавать вокруг себя островок эффективности и стабильности, в котором все работает гораздо быстрее и понятнее. И понятнее не только для себя и своих коллег, но и для внешних контрагентов. Находя таких же адекватных и конструктивных коллег в смежных отделах, они выстраивают цепочки островов, мостов и тоннелей, по которым начинают работать основные бизнес процессы с эффективностью гораздо более высокой, чем средний КПД системы. Внутри хаотичной автономной системы появляются свои подсистемы, работающие по принципам логики и взаимных договоренностей. Такие подсистемы входят в идейный антагонизм к материнской организации, — раскрыть  такую систему руководству невозможно, поскольку руководство считает тот самый первородный хаос единственно правильной реальностью, за которую оно получат деньги. И эти деньги — это не только зарплата и бонусы. На этом этапе можно фиксировать классовое расслоение внутри системы: — коррупционеры у власти, наемные работники на зарплате и описываемые нами “системные коррупционеры”. Поскольку верхний балкон “у руля” назвать себя коррупционерами не соглашается (для этого нужна третья судейская сторона, которой нет), то они называют себя топ-менеджерами и занимаются “высоким бизнесом”. А вот “системные коррупционеры”, в случае их выявления, причисляются ими к настоящим злостным “коррупционерам”, за исключением, конечно же, входящих в круг Своих (включая нижние уровни). Т.е. можно быть топ-менеджером и украсть пол ярда от бюджета на консультантов и аудиторов и это будет называться “высокий бизнес”, а можно завести СКЮ за деньги от Поставщика за 200 тысяч (найдя дефицитное место на полке, место на РЦ у логистов и т.д.) и стать публично выпоротым “коррупционером”. А если еще вспомнить труды Карла Маркса, которые нынче стало популярно перечитывать в связи со всеобщей социальной несправедливостью, в которых говориться о том, что любой капиталист выплачивает работягам не более 2% от сопоставимой прибыли (сопоставление между хозяином и работником), то становится понятно, что системная коррупция является следствием двух факторов. Первое — это хаос и неразбериха, выгодная топ-менеджменту, и второе — это все более явно проступающая социальная несправедливость в виде разницы в доходах. Судите сами, ГенДир кроме ЗП в 1 млн в месяц может получить за год премию в размере 20 млн. А обычный менеджер среднего звена с зарплатой 60 тыс. может получить 300 тыс в год или вообще просто “Спасибо за хорошую работу” по электронной почте. Вот мы и имеем те самые 2,25% как писал Карл. А ведь это сопоставление не с хозяином, а просто с наемным Топ-менеджером.

Поймите, мы не хотим чтобы все описанное недалекие товарищи свели к тому, что мол вороватые менеджеры завидуют тому, как воруют Топы. Вот типа дорваться бы тоже и рвануть по максимуму. Нет, не о таких людях мы пишем. Речь идет об адекватных работниках, которые внутри хаоса могут решать сложные вопросы, при этом выполняя план организации. Применительно к этим людям выражение «системная коррупция», — термин неправильный, но устойчивый. Правильнее было бы заменить его на термин «дополнительный системный доход». А какие могут быть претензии? Это свободный рынок внутри рынка — встретились партнеры и договорились. Решили то, что стандартными способами не решается, и без ущерба системе. Общественный договор между адекватным работником и компанией не нарушен, — план выполняется, все довольны. Ну а кто виноват, что в компании бардак и топ-менеджмент тоже ворует под прикрытием СБ? Скорее всего вы возразите таким вопросом, — как же, работник компании создает преференции одному контрагенту и нарушает интересы других? Ответим вопросом на вопрос, — А если сидит идиот, который в «системной коррупции» не участвет, все контрагенты в равных условиях, — все в жопе, и план не выполняется? Так лучше? Что здесь является мерилом правоты и эффективности? В коммерческой организации есть четкий общественный договор между компанией и работниками — выполнение плана. Причем, это справедливо при условии отсутствия перегибов в постановке планов. А мы ведь знаем, что начальство валит план на тех, кто не Свой. Тогда даже единственного формального договора не получается. Но конечно, начальство ведь хочет выполнение плана не просто так, а еще по определенным правилам. Чтобы одевались как полагается, вели себя «прилично», не лезли куда не нужно и получали маленькую зарплату. Пока народ отвлечен на корпоративные ценности, включая боязнь страшного слова «коррупция», топ менеджмент будет тихонечко зарабатывать. А теперь представьте, что с такими адекватными людьми, являющимися точками опоры организации, начинают бороться СБшники. Не понимая, какая «коррупция» системная, а какая деструктивная, начинают выносить всех подряд. Без доказательной базы, на основании слухов и доносов. Часто, просто используют непроверенные сведения из анонимок, чтобы убрать чужих и поставить своих. Острова эффективности тонут в общем море хаоса и начинается дрейф КПД в сторону нуля. СБшники отчитываются о коррупционерах на миллион, получают медаль и отпуск, а компания теряет несколько миллиардов в год. Первый признак падения, — невозможность решать вопросы. Никакие вообще, — ни внутренние, ни внешние. Контрагенты ничего не понимают, — последняя речь руководителя организации на конференции со сцены не совпадает с бытовой реальностью. Калейдоскоп лиц среднего и нижнего звена, — они что-то обещают, через два дня исчезают. Нет ответов ни в почте, ни в телефонах. Все бегают в мыле, но ничего не движется. Второй признак, — невыполнение планов. «Честные» план не тянут потому, что работают по неработающим процедурам. Им так проще, и домой можно уйти в 17:55.

Наши компании в лице топ-менеджеров сами создают условия для извлечения дополнительного дохода путем своего нежелания упростить и наладить основные бизнес-процессы. Чем хуже в компании качество инструкций, и чем хуже их исполнение, тем больше возможностей для извлечения дополнительного дохода адекватными менеджерами. Количество «системных коррупционеров» прямо пропорционально степени хаоса в организации. И это есть природный саморегулятор, который защищает большие компании от банкротства. Можно сказать, что природа сама защищается от бестолковых руководителей методом смещения реальных центров принятия решений в среднее звено — туда, где делается основная работа. Системный доп. доход не является деструктивным явлением, с которым нужно бороться. Если с ним бороться, то решение вопросов уходит к теневым решалам за пределы организации. Если генеральный или собственники толковые, то они должны выявлять таких Системщиков и продвигать их по карьерной лестнице, трансформируя их умение извлекать личный дополнительный доход в неэффективной системе в умение извлекать этот доп. доход с выгодой для компании. Либо снижать степень хаоса в системе, что не представляется нам возможным — слишком все запущено. В целом, умение правильно работать с Системщиками предоставляет колоссальное конкурентное преимущество. Взять хотя бы авторитет таких людей среди контрагентов. Они ведь могут их всех идейно повести в сторону, выгодную для компании.

Теперь возвращаемся обратно к терминологии. Очень важно подвести основные черты правильного Системщика. Первое, — выполнение планов компании. Второе, — честность в отношении с контрагентами. Имеется ввиду — не упасть на сторону вымогателя, создающего искусственные сложности. Третье, — наличие прибавочной стоимости для компании: ускорение процедур, соблюдение делового этикета компании, повышение эффективности взаимодействия между отделами, работа на имидж компании — хотя бы в виде адекватных и своевременных ответов контрагентам по телефону и электронной почте. Четвертое, — не прекращающиеся попытки навести в компании порядок в виде инициативы по налаживанию бизнес-процессов.

Конечно же, на следующий день после выхода нашей статьи, все вымогатели гордо проснуться «Системщиками». Но не торопитесь, ребята, — не все так просто. Если вы не выполняете план каждый квартал и у вас есть несколько контрагентов (или коллег из смежных отделов), которые на вас жалуются, то вы уже не системщик. Системщиков — единицы. Их контакты контрагенты передают по рекомендации из рук в руки и берегут как зеницу ока. Это примерно как с толковыми экспатами в России, которых всего 6 штук.

Итак, в нашем русском словаре по данной теме остаются следующие термины — распил бюджета, вымогательство и системный доп. доход. Воровство в операционном блоке, на РЦ и магазинах мы не рассматриваем — это обычное воровство, которым должна заниматься милиция. Термины откат и подкуп отражают способы взаимодействия внутри установленных нами трех терминов и являются технически уточняющими. Да, Господа СБшники и менеджеры по комплаенсу  —  никакой “коррупции” у нас в России нет, — она только на западе, — уважайте русский язык.

TopRetail@tutanota.com — аналитика на кончиках пальцев


 

И таки да, — теперь очень важное голосование:

Считаете ли вы, что любая коррупция это плохо и не в чем тут разбираться?

Загрузка ... Загрузка ...

Считаете ли вы оправданным выделение понятия “Системная Коррупция”?

Загрузка ... Загрузка ...

Считаете ли вы Системщиков конструктивным элементом в организации, повышающим ее устойчивость?

Загрузка ... Загрузка ...